Overflow

Дюралевый лист

Этот воздух стал какой-то не твой,
И ты слышишь, что "без шапки - не смей",
И ты гасишь спички вниз головой
В застоявшуюся воду, как змей.
Все твои родные спят лицом вниз
И рискуют задохнуться во сне.
День развернут, как дюралевый лист,
Но присесть - мест нет.

И ты пьешь свой концентрический чай,
Ты любуешься прозрачностью дна.
А за шторой за какой-нибудь час
В лентах дыма отступила весна.
Каждый дом теперь дыряв, как абак,
А проспекты разноцветны, как цирк,
И собачники выводят собак,
Нарезая пасту снега в зубцы.

Все твои родные спят лицом вниз
И рискуют задохнуться во сне.
День распахнут, как дюралевый лист.
Проходи. Мест нет.

Оцени:
А почему?

Тоннель

Фары ковыряют туман, как прорастающий лук,
Ветер наточил мне суставы, словно кончики пик.
Форточка распахнута черным в левом верхнем углу,
Я оставил чайник, ты выключи, когда закипит.

Я слышу, как мне
недели листают за дни.
Это чем-то похоже на темный пятнистый тоннель.

Снег выводит шепот и шорох вместо стука шагов,
Снег собачьей шерстью намазан на кирпичные швы.
Я забыл, зачем умирать от кем-то сказанных слов -
Я накину куртку, затем уйду с концерта живым.

Похоже, что мне
недели листают за дни.
Вспышки ламп обрываются в темный подземный тоннель.

Оцени:
А почему?

2000

Здесь считается каждый звук,
Здесь на дверцах мерцает лак,
И по мне проползает оранжево-стеклянный рассвет.
Он стирает неяркость букв,
Он ломает скорлупки ламп,
И теперь я не знаю, что мне полагается сверх.

Эта комната, встав над снегом, распахнулась ветрам,
И затекшим глазам здесь явно не хватает теней.
Ветра нет за окном - он тоже долго спит по утрам,
Только пыль на экране, клетки тюля штор на стене.

Провода под столом мотком,
Вот мой кофе, и он остыл,
И я жду не затем, что жду, а потому, что устал.
По ковру пробегает кот,
Под когтями шуршат листы,
А будильникслетел, и я сам теперь считаю до ста.

Эта комната, встав над снегом, распахнулась ветрам...

Оцени:
А почему?

Рано

Сквозь сон папиросной бумаги ты слышишь, как грунт процарапал трамвай,
В дверях у соседа какой-то конверт торчит пятый день.
За несколько стен наполняется ванна, и скоро польет через край,
И ты так хотел отползти в тишину, но тяжесть везде.

Воробьи клюют камни из темных асфальтовых луж,
Завтра лужи просохнут, и будет светло до восьми,
Завтра нам уходить, а сейчас отдохни или даже усни.

Ты должен был знать, как опасно пить воздух, пока он еще не дозрел,
А ты принимал его в руки и в лоб, вдыхал его ртом.
Прохожие скрылись, свернулись в рулоны, боятся попасть под обстрел,
И ты попадешь, и ты знаешь, за что, но только потом...

Скрип паркета в полу, за окном шелестящая глушь.
Синий глаз без зрачка проплывает, как сонная утка.
Завтра нам уходить, а сейчас на часах слишком раннее утро.

Оцени:
А почему?

Не в фокусе

Утро не в фокусе, смазанность контуров стекол,
Нечего пить, это нагло, но вовсе не странно.
След маляра на окне сероватым подтеком,
Дальнего леса дрожащая кардиограмма.

Нож затупился, он делает сгиб там, где тебе нужен срез.
Ручка зарылась - привыкла, что ты пишешь на чистых листах.
Снег ненадежен, трава под водой, лифты уходят в отвес,
Снова на карточке ноль единиц,
но тебе должно быть, куда встать.

Шаг между кадрами, радужный блеск на краях,
С виду теплее, но дует в какую-то щель,
Двери захлопнутся, кто-то застрянет в дверях,
Выход, конечная, не оставляйте вещей.

Здесь больше нет четырех времен года, нет голосов за спиной -
Их терпеливо мешали отдельно, с плеском пролили в кустах.
Гулкие баки горят, обкурив все до небес беленой,
Дети укрыты в цветное стекло,
а тебе должно быть, куда встать.

Оцени:
А почему?

На страницу проекта